Если ваша растительность на лице далека от идеала, а следовать трендам хочется — знайте: есть в Бресте человек, способный превратить даже самую непослушную щетину в произведение искусства. Барбер-мастера зовут Екатерина Советова.
Екатерина родилась в смешанной семье (мама — русская, папа — казах) в Павлодаре. Там же она получила образование психолога. Однако свободное время, появившееся во время учебы в магистратуре, подтолкнуло ее к экспериментам в индустрии красоты. Сначала — курсы визажа, затем — парикмахерское искусство, которое настолько затянуло, что красный диплом психолога так и остался пылиться на полке.
В те годы ни о каком барберинге даже не слышали, поэтому Екатерина осваивала специальность мастера-универсала. Первое время она работала в обычной парикмахерской, делая упор на женские свадебные укладки — в Казахстане спрос на них был огромен из-за традиционных семейных торжеств (тойев), куда женщины приходили во всей красе. Мастер признается: получалось не всё и не сразу, но клиенты жаловались скорее на длительность процесса, чем на результат. Помогали старшие коллеги, которые щедро делились советами и секретами. Так постепенно дело «пошло-поехало».
Когда же Екатерина начала стричь мужчин, она поняла главное: работать с сильным полом ей нравится гораздо больше. А с приходом моды на барбершопы на постсоветском пространстве она увлеклась этим направлением всерьез. Спецкурсов тогда не существовало, и все тонкости героиня постигала по видео на YouTube, оттачивая мастерство на своем знакомом, который добровольно предоставил свою бороду для экспериментов начинающего барбера.
Изначально барбершопы в СНГ зашли как премиум-сегмент. И обычные парикмахерские после косметического апгрейда вдруг стали гордо именовать себя барбершопами, а цены взлетели до небес. Чтобы оправдать такие метаморфозы, маркетологи продвигали образ элитного мужского клуба с характерным антуражем и алкоголем, где женщинам не место. Впрочем, по наблюдениям Екатерины, за год в таком заведении лишь один клиент согласился на предложенный виски — остальные приезжали на машинах и в рабочее время и принимать спиртное в парикмахерской не собирались.
Особые требования предъявлялись и к самим барберам: приветствовались брутальные обладатели ухоженных бород с накаченными бицепсами и татуировками на видных участках тела, обязанные к тому же виртуозно владеть инструментом. Такое комбо встречалось не часто, и нехватку брадобреев стали восполнять за счет девушек, которые помимо яркой неформальной внешности должны непременно отличаться нательной росписью, пирсингом и креативностью. Яркая и харизматичная Екатерина Советова идеально вписалась в эти критерии и, хоть и не с первой попытки, вошла в «элитное мужское царство».
Постепенно профессионализм мастера стал преобладать над его внешностью, но стереотип о том, что барбером должен быть мужчина, жив до сих пор. Сама героиня с этим сталкивалась не раз: клиенты отказывались от услуг, узнав, что мастер женщина, а спустя время, наслушавшись восторженных отзывов, просились уже исключительно к ней и становились постоянными.
Смена картинки
Проработав в сфере эстетических услуг Павлодара шесть лет, девушка решила расширить географию своего мастерства и переехала в Иркутск. Там, побывав однажды на экскурсии, ее покорила природа и обилие красной рыбы, доступной икры и вкуснейших кедровых орешек. Но климат оказался слишком суровым — Екатерина там буквально замерзала, поэтому задержалась в Сибири всего на год. В Иркутске она оттачивала умение на мужских стрижках и бородах, которые у сибиряков — настоящая находка для барбера, ведь казахи, как и другие азиаты особой растительностью на лице не отличаются.
Параллельно девушка искала себе место под солнцем потеплее, и когда знакомая из Бреста поделилась, что у нас в городе цветут сады, растут сливы, а в октябре мы ходим по улице в майках, сомнений не осталось. Героиня признается, что к своему стыду о Беларуси не знала ничего, но с первых дней ее покорил «местный вайб»: чистота, безопасность и человеческая доброта. Ей понравились невысокие домики и уютные дворики старого Бреста, да и погода в первый год соответствовала всем ожиданиям.
Работу Екатерина нашла еще до переезда: 2 января 2018 года она ступила на брестскую землю, а уже 5-го вышла в один из первых открывшихся в городе барбершопов. Чтобы заработать имя с нуля, она трудилась не покладая рук, отмечая, что качество волос у разных народов заметно отличается. «У казахов волосы жестче и толще, растут под углом в 90 градусов — голова получается пушистой и круглой, требуются особые техники. Славянские волосы проще в работе, но есть один минус — к 30 годам они покидают мужские головы», — шутит барбер.
Сарафанное радио сделало свое дело: о новом мастере пошли разговоры, появились постоянные клиенты, которые приводили отцов, сыновей, друзей.
Салонный ритуал
Шесть лет работы в найме в Бресте Екатерина вспоминает с теплотой, но жажда развития подтолкнула ее к уходу «на вольные хлеба». Сегодня она самозанятая, и многие клиенты пошли за ней — теперь барбер обрамляет хаос на лице по своим правилам. Она постоянно развивается, проходит курсы повышения квалификации, регулярно осваивает новые техники по стрижкам и бритью, чтобы оказывать услуги в комплексе. Несмотря на то, что собеседница одинаково хорошо относится ко всем своим клиентам, знает их имена и весь бэкграунд, к бородачам питает особые чувства. Она помогает содержать «рамку лица» ухоженной и эстетичной, поэтому видится с ними чаще, чем с друзьями: «Чем короче борода, тем чаще за ней нужно ухаживать — идеально раз в две недели, — поясняет барбер. — Средняя требует внимания раз в месяц, а у длинной, лежащей на груди бороде раз в три-четыре месяца нужно подравнивать концы».
К этой бьюти-процедуре наша героиня подходит как к настоящему ритуалу. Она невысокого роста, поэтому удобнее работать, когда мужчина в кресле лежит. Сначала мастер распаривает лицо горячим полотенцем и специальными средствами, потом — сушит и вытягивает. Длинную бороду стрижет ножницами, среднюю и короткую — машинкой и триммерами, зачищает всё шейвером или одноразовым станком — в зависимости от типа кожи и склонности к раздражению. Комплексный уход занимает 30–35 минут, за которые Екатерина делает еще и легкий массаж головы, лица и бороды специальными приспособлениями, что приводит к полному расслаблению и даже сну, а вот депиляция воском «бодрит» и вызывает слезы.
Вопреки стереотипам, киношные опасные бритвы с длинными лезвиями у нас в салонах запрещены санитарными нормами из-за слишком сложной стерилизации. Все барберы работают одноразовыми станками со сменными лезвиями, а «опаски» — лишь элемент декора.
По секрету всему свету
Зная о бороде всё, Екатерина раскрыла и нам некоторые секреты. Оказывается, растительность на лице растет быстрее волос на голове и в среднем достигает только до уровня шеи. Хотя один из клиентов героини победил в конкурсе бородачей, отрастив за три года бороду до середины живота. Цвет волос на голове и бороде всегда отличается: у брюнетов усы могут быть бежевыми, так что идеально однотонная борода без переходов — стопроцентный признак окрашивания. Причем профессионального, так как самостоятельная покраска средствами из массмаркета приводит к неожиданным сюрпризам.
К мастеру приходили такие экспериментаторы с синей бородой и волосками цвета фуксии, в которые превращалась седина после домашнего окрашивания черной или коричневой краской. Поэтому нужно обязательно использовать профессиональную косметику: «Для мужчин разработаны специальные камуфляжи, которые смываются через две-три недели, чтобы не было видно отросших корней», — поясняет собеседница.
Кстати, сильный пол обожает поговорить: в барберском кресле выбалтываются все городские новости и семейные тайны, но Екатерина свято хранит секреты. А вот про благодарности говорит охотно: в Казахстане, где давать «на чай» не принято, ее задаривали сладостями, в Иркутске запомнился клиент, принесший огромную копченую рыбину — её съели всем коллективом. В Бресте же чаевые — привычное дело, но каждый полученный рубль Екатерина переводит в приюты для бездомных животных.
Среди клиентов Екатерины нет случайных людей — только те, кто близок мастеру по духу, остальные второй раз просто не приходят. Однако был в практике один мужчина, который в течение нескольких месяцев приходил стричься каждую неделю и просил что-то новое. Волосы не успевали отрастать, и каждый раз он был недоволен, но опять возвращался. Потом он пояснил Екатерине, что таким образом давал ей шанс … научиться стричь.
На заре карьеры был и клиент, который долго искал, к чему придраться в стрижке, обзывал парикмахера — оказалось, просто не хотел платить. Но это единичные случаи, лишь подтверждающие общие выводы героини: чем выше уровень салона, тем больше завсегдатаи доверяются профессионалам и тем меньше среди них людей с неадекватными запросами. Ведь кресло барбера не поле боя, а место для диалога.
Автор: Ирина ФЁДОРОВА
Фото Галины МОНИЧ