• RU
  • BLR
Четверг, 25 Июля

ПО НИМ ЗВОНИТ КОЛОКОЛ

22 марта в Беларуси прошел День памяти жертв Хатыни и сожженных белорусских деревень.

Памятные мероприятия по этому случаю прошли по всей республике, потому как, Хатынь — это собирательный образ, ставший памятником всем сожженным в годы Великой Отечественной войны деревням Беларуси. В каждом уголке нашей страны есть своя «Хатынь» — населенный пункт, которые гитлеровские захватчики уничтожили огнем вместе со всеми жителями. И в ходе расследования уголовного дела о геноциде белорусского народа появляются всё новые данные о таких деревнях.

 

Кладбище без праха

 

В мемориальном комплексе «Хатынь» есть уникальное кладбище. Но на те могилы не приходят родные и близкие, потому что их попросту нет. Там нет праха тысяч умерших раньше времени людей, людей, сгоревших заживо в страшных муках адского пламени человеческой жестокости и изощренности. Там хранится память, поименно перечисленная в названиях населенных пунктов, охватывающих географию всей Беларуси. На кладбище сожженных деревень покоятся урны с землей 185 сестер Хатыни — деревень, сожженных вместе с жителями в годы Великой Отечественной войны и впоследствии так и не восстановленных. Каждую минуту по ним звонит колокол.

Кладбище сожженных деревень пугает тягостной атмосферой и страшным количеством стертых фашистскими нелюдями и их пособниками с лица белорусской земли населенных пунктов. Но эта страшная цифра оказалась намного больше. По словам старшего помощника прокурора Брестской области Ирины Грачёвой, в ходе расследования уголовного дела о геноциде белорусского народа было установлено, что трагическую участь Хатыни разделили не 185, а не менее 276 белорусских деревень. Провели усердную работу, в которую были вовлечены все работники прокуратуры. В результате на сегодняшний день установлено уже 12 289 населенных пунктов полностью или частично сожженных в годы немецкой оккупации, в том числе ранее неизвестных.

Многие задаются вопросом, почему сейчас, спустя восемь десятилетий становятся известны новые факты уничтожения целых деревень. Ирина Грачёва поясняет, что после Великой Отечественной войны названия уничтоженных населенных пунктов устанавливали на основании свидетельских показаний, а их было такое большое количество, что ряд населенных пунктов быстро восстановить не удалось, и постепенно они канули в небытие. Сейчас же работники прокуратуры кропотливо сверяют карты, архивные документы, протоколы допросов и опросов очевидцев и показания свидетелей, анализируя их. И на основании этих данных устанавливают ранее неизвестные населенные пункты, подвергшиеся гитлеровскому истреблению. Так на карте сожженных деревень Беларуси зажигаются новые кровоточащие точки. Ведь полученные в ходе расследования уголовного дела доказательства позволяют утверждать, что масштабы трагедии белорусского народа значительно больше, чем предполагалось ранее.

В годы оккупации, начиная с 1941-го и по 1944 год, на территории Белорусской ССР на практике применялась теория выжженной земли. И трагедия Хатыни — не случайный эпизод войны, а один из тысячи фактов, свидетельствующих о целенаправленной политике геноцида гитлеровской Германии по отношению к населению Беларуси.

Сводки информбюро документально подтверждают беспощадность в отношении мирного населения. В них среди прочего приводятся показания пленных немецких офицеров, свидетельствующие о том, что даже высшие чины армии вермахта не гнушались участвовать в страшных экзекуциях. Так, показания плененного обер-ефрейтора Карла Буккема подтверждают, что командир 106-й немецкой пехотной дивизии генерал-лейтенант Форст лично поджигал жилые дома, в которых находились женщины и дети. Он же призывает своих солдат быть безжалостными к населению захваченных территорий:

 

Сводка Информбюро

«Недавно наши войска захватили дневник генерала Форста и его приказы по 106-й пехотной дивизии. В приказе об отношении к мирному населению оккупированных немцами советских районов Форст требует от солдат «беспощадного применения оружия». Он поучает своих подручных: «Быстрые действия чаще приводят к успеху, чем долгие размышления и запросы. Обычно нужно немедленно расстреливать… Не нужно быть мягкосердечным… Необходимо угрожать населению наказаниями и брать заложников. Немецкий солдат, независимо от своего чина, должен себя чувствовать по отношению к русскому населению господином и соответственно с этим держать себя и действовать».

 

В результате такой беспощадной политики гитлеровской Германии за три оккупационных года в Белорусской ССР были уничтожены тысячи сел, деревень, местечек и хуторов, названия которых были погребены вместе с прахом их жителей.

 

Сестры по несчастью

 

Брестская область раньше других попала под фашистскую оккупацию. Многие населенные пункты Брестчины подвергались истреблению начиная с 1941 года. Множество сел были разграблены, разрушены и сожжены, население уничтожали или угоняли на принудительные работы в Германию. Некоторые из деревень гитлеровцы истребляли по несколько раз: в начале оккупационного периода и при отступлении, когда создавались специальные команды факельщиков.

Не миновала горькая участь и деревню Каменка Кобринского района. О ее трагедии нам рассказала 91-летняя Екатерина Марчук, которая проживала со своей семьей на близлежащем хуторе. Десятилетней девочкой она с другими детьми видела, как «6 сентября 1942 года со стороны леса к Каменке подъехали 12 машин с немцами и полицаями. Фашисты окружили деревню и поставили оцепление». Детям было любопытно, что там происходит, и они побежали в гости к брату отца, дом которого находился ближе к деревне, чтобы лучше всё рассмотреть.

Ребятишки даже не подозревали, какая жуткая картина предстанет перед их глазами. «Немцы заходили в каждый дом, выгоняли оттуда всех людей: мужчин, женщин, детей, стариков. Даже роженицу с новорожденным. Людей били, стреляли. Дядька один крикнул: «Людочкы, втекаймо! Хай бьюць у плэчы!» Люди с криками стали разбегаться. Фрицы стреляли по ним из автоматов. Большинство побежали в сторону конца деревни, а мой брат, Мишка, ему было 14 лет, за всеми не побежал. Он кинулся в противоположную сторону, к хате, которая стояло далеко от дороги. Там был огород, засеянный маком. В этом маке он и спрятался. А там уже сидела женщина с младенцем, который постоянно пищал и плакал. Женщина закрывала рот ребенку рукой, но брат боялся, что немцы услышат этот плач и убьют их. Оттуда Мишка пополз к картошке. Борозды были глубокие, а ботва высокая и густая, и лежащего на животе хлопца с вытянутыми вперед руками было не видно. Так он пролежал дотемна, когда немцы уехали, а вся деревня сгорела».

В тот день изверги убили больше 180 человек, а их трупы сожгли вместе со всей деревней. После войны Каменку восстановили, а на месте трагедии установили памятник «Скорбящей матери и солдату с ребенком», а также плиты с фамилиями погибших сельчан.

В Брестской области, по последним данным, были уничтожены полностью или частично 877 населенных пунктов, пять из которых повторили судьбу Хатыни.

 

Зимнее волшебство

 

Но больше других от фашистского огня пострадала территория Витебской области: именно в этом регионе было одно из самых массовых партизанских движений и соответственно жесточайшие карательные кампании оккупантов.

Поражает своими масштабами и зверствами карательная антипартизанская операция с поэтическим названием «Зимнее волшебство», во время которой эсесовцы, полицаи и коллаборанты сожгли более 400 деревень и уничтожили более десяти тысяч человек. Одной из первых пострадала деревня Росица Верхнедвинского района с ее жителями. В деревню каратели заявились в середине февраля 1943 года. Они согнали всех до единого жителей окрестных деревень в католический костел. В храме перепуганных людей ободряли, утешали, а также проводили службы и совершали таинства священники Антоний Лещевич и Юрий Кашира. Ксендзам можно было беспрепятственно покидать храм. Они могли сбежать, но возвращались в костел, принося с собой еду для пленников и оставаясь до конца со своими прихожанами.

После «вторичной фильтрации» более молодых и сильных людей отобрали для отправки в концлагерь Саласпилс и на работы в Германию. Священникам предложили примкнуть к этой группе, но они предпочли разделить участь своей паствы, и на следующий день были сожжены вместе со всеми. В огне тогда всего погибло 1528 человек. Часть из них сгорела в своих домах, остальные были массово сожжены в сарае. В 1999 году Папа Римский Иоанн Павел II объявил росицких мучеников Юрия и Антония блаженными — святыми, почитаемыми в определенной местности. А на выезде из Росицы в сторону Бигосово, на месте одного из самых больших кострищ, установлен мемориальный памятник, на котором выведена страшная дата — «16 февраля 1943 года». У каждой сожженной белорусской деревни она своя…

Ирина ФЕДОРОВА