Солдатам таких орденов не дают. А брестскому афганцу Валерию Островскому дали

703 просмотра 0 комментариев

Людмила Островская бережно выкладывает на стол пожелтевшие от времени семейные реликвии. Это всё, что осталось от её сына Валерия, погибшего в Афганистане в 1985 году.

Автор фото: Юрий МАКАРЧУК
Орден Красного Знамени, грамота Президиума Верховного Совета СССР, похоронка из его воинской части. Пластиковую обложку для документов и фотографию с оторванным углом задела пуля, убившая её Валерку.

В южном направлении

В мае 1984 года молодого призывника Валерия Островского, только окончившего школу и курсы водителей, забрали служить в армию. На пересыльном пункте родителям ничего не сообщили о месте службы их сыновей. Дежурный офицер лишь бросил фразу: «Если вас это успокоит, ребята поедут в южном направлении…»

В июле пошли письма от сына из десантной учебной части, расположенной в городе Фергана Узбекской ССР. Валера писал, что на присягу приезжать не надо — далеко, нет условий, повидаться всё равно не разрешат. Но материнское сердце было неспокойно, и мама решила ехать.

В день присяги перед воинской частью собралась огромная толпа родителей, которые жаждали увидеть своих детей. В саму учебку пап и мам не пустили, зато Валере дали увольнительную до вечерней поверки. Пробыла Людмила в Фергане дней десять и всё время виделась с сыном. Худой был, почерневший от загара, в выгоревшей робе, на поясе фляжка с водой. У многих ребят стёртые грубыми берцами до кровавых мозолей ноги. В общем, такое впечатление, будто из концлагеря.

В сентябре Островская с мужем Геннадием ещё раз повидались с сыном. Выглядел он уже лучше — наверное, прошёл акклиматизацию.

Здравствуй, Афган

А в октябре пришло первое письмо из Афганистана. Валера служил в роте связи ВДВ водителем-электромехаником. Первое время ходил в караулы, из части никуда не выезжал. Писал: «Мама, я вернусь, у меня всё хорошо». Потом его радийная машина стала сопровождать колонны с грузами. Ездили вместе со своим другом Виталиком Сергеевым, который был начальником радиостанции.

Во время одного из выездов душманы обстреляли колонну автомобилей. Рядовой Островский и командир взвода, который тоже сидел в кабине грузовика, получили ранения и попали в госпиталь. Однако Валера рвался поскорее вернуться в часть к своим боевым друзьям.

Очередная поездка через перевал Саланг стала для рядового Островского последней. «Духи» в первую очередь пытались подбить радийную машину, чтобы советские солдаты не смогли вызвать на помощь танки, бронетранспортёры или авиацию. Как рассказал впоследствии Виталий Сергеев, сидевший в КУНГе автомобиля возле радиостанции: «Пули стучали по автомобилю, как будто жмени гороха кто-то бросал». Валерий получил тяжелейшее ранение в живот, но продолжал вести машину, пока не вывел её из-под обстрела. Он спас своих товарищей и доверенную ему технику.

Подоспевшие на выручку солдаты довезти его до госпиталя в Баграме живым не успели.

Страшная весть

В одну из пятниц в квартиру Островских постучал посыльный из военкомата и принёс родителям рядового страшную весть о гибели их сына. На следующий день им сказали к 9 часам прийти в военкомат.

Все события тех дней навечно отпечатались в памяти Людмилы, она вспоминает: «Сидели в коридоре военкомата больше дух часов в ожидании военкома Макарова, пока дежурный не стал звонить по телефону и разыскивать его. Когда тот соизволил приехать, то первым к нему зашёл какой-то военный, ожидавший вместе с нами появления начальства. Потом позвали нас. На краю стола лежали парадная десантная форма моего сына и фляжка. Я зарыдала… Однако военком сказал: «Вы мне здесь слёз не лейте». Мы собрались с духом, забрали форму и поехали домой.

Цинковый гроб с телом сына нам сразу не отдали, а привезли только на следующий день. Тот самый военный, который ожидал вместе с нами военкома, оказался майором Егоровым, который сопровождал тело нашего сына из Афганистана. Потом он уже не отходил от нас и занимался организацией похорон. Мы все были в таком горе, что мало что соображали. До сих пор очень благодарны майору Егорову за помощь.

Сына мы похоронили, но нам стал писать его друг и сослуживец Виталий Сергеев. В одном из писем сообщил: «…в части проходило награждение отличившихся солдат и офицеров. Нам зачитали, что гвардии рядовой Валерий Островский посмертно награждён орденом Красного Знамени».

Где орден?

Прошло несколько месяцев, но известий о награде не поступало. Людмила пошла в военкомат. Отправили на второй этаж, мать погибшего воина в кабинет не пригласили. На её вопрос грубовато ответили: «С чего вы взяли, что его наградили? У нас солдат орденами Красного Знамени не награждают».

Людмила Островская добралась до Министерства обороны. Оттуда её отправили в Главное управление кадров. Повезло, дежурный вызвал Виктора Малекина, который с пониманием отнёсся к просьбе матери. Офицер сказал: «Делать этого не обязан, но я дам почитать вам личное дело вашего сына в комнате для посетителей».

Людмила посмотрела все документы. Оказалось, гвардии рядового Валерия Островского дважды представляли к ордену Красной Звезды, второй раз уже посмертно. Дело разбирали на Президиуме Верховного Совета СССР. За проявленное мужество и героизм сыну решили дать более высокую награду — орден Красного Знамени.

В документах было записано, что гвардии рядовой Островский семнадцать раз сопровождал на своей радийной машине колонны автомобилей с грузами. Участвовал в десяти операциях, с 25-килограммовой рацией за плечами ходил в горы. Во время боя, который длился больше трёх часов, уничтожил троих мятежников, в другом сражении — ещё двоих.

Виктор Малекин пообещал все недоразумения с орденом решить за неделю. И точно, когда Людмила приехала домой, её вскоре вызвали в военкомат. В своём кабинете военком вручил матери погибшего героя документы и коробочку с орденом. От обиды Людмила Островская даже написала письмо в популярную в то время телепрограмму «Взгляд».

Валеру не забывают

Виталий Сергеев писал из Афганистана письма родителям своего погибшего товарища. А когда отслужил, дважды приезжал в Брест, чтобы посетить его могилу. Когда у Виталика родился сын, он назвал его Валерием.

Учительница из 31-й школы Любовь Козловская, которая когда-то была пионервожатой у Валерия, в школьном музее сделала уголок, посвящённый герою-афганцу. Людмилу Островскую иногда приглашают провести там урок мужества. Она была потрясена, когда один пятиклассник, выслушав рассказ женщины, произнёс: «Можно пожать вашу руку?» Сначала никто ничего не понял, в классе воцарилась мёртвая тишина. Людмила Михайловна заплакала, учительница тоже не смогла сдержать слёз.

Юрий МАКАРЧУК
Пятница , 17 Мая , 2019   21 : 47

Лента новостей








Опрос