Прямовзора несговорчивая

567 просмотров 1 комментарий

«Странный ты человек!» - один раздражённо говорит порой другому. Я слышу эти слова и удивляюсь: неужели бывают ещё и нестранные люди?

Мы же все странствуем, путешествуем по неизведанным дорогам собственной и народной судьбы, встречаемся с загадками, найти ответы на которые нам чаще всего не под силу. Вот иду я по жизни, как, впрочем, и любой другой человек, а навстречу мне - чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй. Что за чудище такое? - Да о нём сказано в эпиграфе к повести «Путешествие из Петербурга в Москву» великолепного русского писателя XVIII века Александра Николаевича Радищева. У него - тоже : путешествие, странствие. А чудище – оно не только вне меня может жить, но и во мне самом...

А куда странный Александр Николаевич и персонажи его путешествуют? Не в наш ли 2016 год? А если конкретно – в мой город, в мой дом, в мою душу, беспредельно странную, в мой сегодняшний день? Оказывается – да. Ведь путь от слепоты к прозрению – удел каждого думающего человека в любое время истории. Путешественник –в повести он рассказчик - поначалу пробует убедить одного из своих друзей в том, что не так уж всё в жизни плохо и что отдельные недостатки не определяют сути хорошей в целом действительности: «... малые и частные неустройства в обществе связи его не разрушат, как дробинка, падая в пространство моря, не может возмутить поверхности воды...». Но произнеся образ «дробинка», он входит в тему, с которой в спокойствии не распрощаешься...

А тема в том, что хоть дробинка и маленькая, и пространства моря возмутить не может, но… живая она, неповторимая и чувствующая. Дробинка - это я сам, человек, незаметный и, может быть, даже нелепый и неудачливый. Но – человек. Я и ошибаюсь порою, и по наивности своей могу такого наворотить! Среди тревог проживаю иногда безмятежно, как в некоем сказочно спокойном мире. Поэтому, наверное, это и обо мне вещает сон, который привиделся Путешественнику в повести Радищева. Вот он, этот сон: «Мне представилось, что я царь, шах, хан, король, набоб султан или какое- то из сих названий нечто, сидящее во власти на престоле».

Понимаем: здесь не столько о верховной власти, сколько о ситуации, в которой я, один из многих малых, вдруг дробинкой быть перестал: возвысился, прославился, достиг необычайных успехов, оседлал судьбу свою, словно норовистую лошадь. Всем, прежде безразличным ко мне, я вдруг интересен стал, слышу в свой адрес одни славословия. И правду жизни в таком статусе не различаю, слепну душою. Но есть в сне Путешественника из повести, о которой речь, одна личность, которая мною, достигшим высот, восхищаться не спешит. Это странница Прямовзора. Она говорит зарвавшемуся счастливцу: «Я врач, присланный к тебе и тебе подобным, да очищу зрение твоё. Какие бельма!»

Ах это «тебе подобным»! Это ведь обо мне и о вас, читатель! Заглянем на первую страницу «Путешествия...» и прочитаем главное, сокровенное: «Я взглянул окрест меня – душа моя страданиями человечества уязвлена стала. Обратил взоры на внутренность мою – и узрел, что бедствия человека происходят от человека, и часто от того только, что он взирает не прямо на окружающие его предметы».

«Окрест себя» - это не обязательно о всемирных масштабах. Микромир: семья, родственники, соседи, сослуживцы - кружок впечатлительных и растерянных «дробинок» - тоже «уязвляет душу страданиями человечества». Суть страданий в том, что ни я, ни близкие мои не всегда решаемся быть странными, то есть смотрящими прямо на окружающие предметы. Есть такая древнерусская поговорка: «Блажен муж, иже сидит к каше ближе». Видим, что смысл её насмешливый, обличительный. Да, видим! А всё-таки потихонечку к каше поспешаем. А вот Радищев каждого из нас от «каши» отодвигает...

За книгу «Путешествие из Петербурга в Москву» писатель потерпел жестокие гонения от властей. Но от Прямовзоры не отрёкся. Странный человек...
Когда издавал «Путешествие...»,

Он знал, что придут на порог
Штыки Петропавловской крепости
И мрачный Илимский острог.
Пришли... Александр Николаевич
Не прятал глаза от властей,
И чудище обло залаяло
Стозевною сутью своей.
Пыталось сломить приговорами,
В далёкие дали упечь,
Но Девой была Прямовзорою
России высокая речь.

Я, вы, уважаемый читатель, странствуя по жизни своей, среди других важнейших книг раскрываем «Путешествие из Петербурга в Москву». И встречаем там радищевскую Прямовзору - «глазного врача», присланного во спасение наше. Ах, как хотелось бы договориться с нею, остаться с прежним взглядом на жизнь, обойтись без «лечения»! Но странная Прямовзора несговорчива. А не последовать ли нам за её мудрой тревогой? Ведь только она способна принести нам прозрение. Радищев последовал...

Василий ВОВЧЕНКО

1 комментарий

  1. Guest11

    Сложноватый прекол.

Добавить комментарий

Защита от автоматических сообщений

Вторник , 20 Ноября , 2018   23 : 26

До 1000-летия Бреста осталось
Лента новостей








Опрос